Black Cat Fine Arts


Город-герой Киев, прости меня за такие идеалы.
подпись: Майдан.

Кинбурн блюз (1993) пресскартон, масло, акварельный подмалевок.
Жил-был в Херсоне Миша Липовецкий по прозвищу Штуцер, работал слесарем на судоремонтном, но в основном играл на гитаре. Я свидетель трех Штуцер-проектов: группы "Форпост", Морозовский "Стандарт" и "Снарк". Рисовать Штуцера всегда было сплошным удовольствием: высокий, тощий, палатый - в общем до жуткости колоритный, колоритнее его пожалуй только Андрюха Андрейцев. Почему Штуцер на картине с саксом сказать не могу, наверное он сакса сроду в руках не держал, да и на Кинбурнской косе, где происходит это рисованное действо, он тоже сроду не был, но видимо было тогда такое прощальное настроение - картина писалась накануне отправки Штуцера с Родины социалистической на Родину историческую

Днепро-Бугский лиман (1994) картон, масло.
Была у меня такая привычка писать маслом прямо на ходу под парусом, этюдник был сделан из обычной шахматной доски, случалось выходить в одиночку (под одним гротом), вот во время одного из таких выходов так зарисовался, что вовремя не скрутил поворот и влетел в кисель под берегом. Столкнуться багром не удалось из-за глубины, пришлось с длинным концом плыть-ползти по киселю к бережку и метров 500-600 аки бурлаки тарабанить обмотанную тиной и кушерями яхту до прореза для рыбацких фелюг. С тех пор на ходу не пишу ни маслом, ни салом.

Миша какает (1996) холст, масло.
Есть у меня еще один приятель Миша, у него привычка метить калом все полянки, на которых мы останавливаемся во время парусных походов. При этом он до некоторого момента принципиально не пользовался туалетной бумагой, отдавая предпочтение экологическа чистым лопухам. Однажды Миша по близорукости не заметил, сорвал лопух вместе с крапивой... И как результат появилась эта картина, а Миша понял для чего нужна туалетная бумага. На картине обычный быт яхтсменов... а миши в кадре нет - он в кустах.... какает.

Ольвия (1996) холст, масло.
Есть такое прекрасное место на Бугском лимане близ села Парутино. Ольвия - самая северная античная колония до нашей эры. Сейчас, а точнее, уже более ста лет, Ольвию копают археологи. Удивительные ребята: днем машут лопатами, а всю ночь песни под гитару у костра под местное парутинское вино (вино так себе). Кстати, с Ольвией связано еще несколько эпизодов парусно-творческой жытухи. Летом 2008 мой друг Димон готовил своего воспитанника Паштета на чемпионат СНГ в классе "Оптимист", ну и в качестве тренировки на выносливость решили мы устроить Паштету автономное плаванье Херсон-Ольвия-Херсон (это 120 км. в оба конца), разумеется, мы сопровождали его на "Ягуаре", но с условием на борт не брать. Потом нам на хвост упали еще две яхты "Sea Maru" и "Плоеяда", а также 9 танцоров из "Червоной калины", которые мечтали сплясать танец Зорбы на античных руинах. Что из этого получилось я снял и как смог смонтировал, не судите строго "Аргонавты 2008"

К слову сказать, в 2008 Паштет взял ПЕРВОЕ МЕСТО на Кубке СНГ, потом стал пятикратным чемпионом Украины, пересел на Laser, в 2010 завоевал Олимпийскую Лицензию на Детско-юношеские олимпийские игры 2010 в Сингапуре и взял там 5-е место в классе Byte CII, сейчас Паштет стал Павлом Александровичем и гоняется за Одесский яхтклуб "Transbunker", ну а дядя Кот его бессменный личный кинооператор...
Сократ
песня на музыку А. Абрамихина
 
Разум,
Как раз то, чего нам не хватает порой
Есть в каждом,
Но скрыт он бывает за серой стеной
Суеверий,
Жестокостью, сытостью, грязной игрой
И веришь,
Порой ты стоишь перед этой чертой
И смотришь
В далекий чужой небосвод голубой,
И хочешь,
Чтоб разум горел негасимой звездой
В твоем небосводе всегда,
И добрый чтоб разум был твой, а не злой

 
Разум - дитя,
Он никогда не стареет,
И каждый из нас свой разум лелеет
И ждет,
Когда тот подрастет,
Чтоб лучше быть, умнее, добрее,
Вот только, увы, на деле труднее
Легко потерять, найти тяжелее
Сквозь годы пройдешь,
Его обретешь,
Но сам уж глубокий старик в дряхлом теле

 
Храм
Здесь не гранит, не мрамор - сталь-дюраль,
Нет позолоты запыленных алтарей,
Незримый Зодчий Храм создал
На острове семи морей,
Где дым кадильниц стелют дизеля,
Святейший пьяный шкипер у руля.
 
И мачты лесом здесь колонны -
Подперли небо куполов
И луч, водою преломленный
Кладет мозаику полов,
Огней сигнальных миражи
Как витражи.
 
Здесь семь ветров наполнят паруса
И чайки им псалмы споют.
Чем дальше в море - ближе к небесам,
И только здесь колени преклоню,
И все, что было, сброшу словно хлам
У алтаря Морским Богам
 
ОСЕНЬ
Песня, на музыку В. Морозова, написана для группы "STANDARD" в 1991 году для участия в рок-марафоне "HELP".
Надо позвонить Морозову чтобы сбросил запись в MP3, у него точно есть

 
1.
Уже холодные дожди
Полили облетевшую листву
Собрали в кучи и сожгли
Покров земли - увядшую траву
И неба синеву и высь
Свинцовый купол туч сменил
И одиноко бьется мысль,
Что лета дивный сон уплыл
 
2.
Деревья сгорбились качая
Руками голыми ветвей
Полет последний провожая
Последней стаи журавлей

 
Пр.
Летние звездные грезы мои
Осень смывает холодным дождем
Средь капель воды ночью и днем
Ни капли покоя нет в нем
 
3.
Привычной зелени уж нет
И золотая седина
Сменила изумрудный цвет
Когда ж наступят холода
 
Пр.
 
4.
Не верь, Малыш, природа не мертва
Лишь притаилась, чтобы холода
Огнем ветров не жгли листвы
И кандалами льда ростки
Я верю, холодам не сжечь любви,
А в этом жизнь, ты потерпи
Наступит пробужденье после сна
На смену холодам придет Весна
 
Пр. Пр.

 
КИЕВЛЯНКА
Стряхнув навоз родного Мухосранска
С чумазенькой модельной худобы
Пустилась Лимита* за долей панской
Во стольный Киев-град пытать судьбы
 
Смазлива и умна - товар отменный
Все по стандарту - проба "Высший сорт"
А значит город ультрасовременный
Сия благая участь не минет:
 
Карьерный рост, респект и почитанье,
Иль оптом замуж, или в розницу успех,
Быть может подиум, иль в глянцевом изданьи
Всем онанистам киевским на грех
 
Портрет провинциальной светской львицы
В гламурном блеске как отрада стрип-блядям
А также прочие "сокровища" столицы
В избытке упадут к ее лаптям
*Лимит прописки — форма привлечения неквалифицированной рабочей силы на промышленные предприятия в крупных городах в СССР в 1950-80-х годах. «Лимита» (или «лимитчики») — пренебрежительное название людей, которые заключили контракт с предприятием по такому «лимиту прописки». В настоящее время слово «лимита» утратило свой первоначальный смысл, и теперь так называют всех, кто переехал из периферии в крупные города на заработки и/или улучшить уровень своей жизни. В этом смысле, имеются в виду люди, которые не просто приехали подзаработать и уехать обратно, а которые задались целью «закрепиться» в определенном городе, то есть, например, выйти замуж, приобрести связи, знакомства, одним словом, «пустить корни».
 
Размышления о мире
Я верхом на унитазе
С сигаретою в сортире
В облегчательном экстазе
Размышляю я о мире
О судьбе всех мне подобных,
О святых и о нечистых,
И бачек водою звонкой
Мне журчит: "Будь оптимистом,
Будь таким как я - проточным,
Будь всех выше и всех чище,
И струей своею мощной
Очищай мир от дерьмища!"
 
ХЕРСОН
подражание Одесскому поэту конца XIX - начала XX в. Саше Черному
 
Трущобы, задворки, помойки,
Фрикативное "Г", нет культуры питья,
Сдают в лом цветмет бомжи-алкоголики
В чинах и погонах свои, кумовья.
Старая дряхлая шлюха бредет,
Сморщены сливы дряблых грудей,
В своем помешательстве тихом зовет
С кем неизвестно прижитых детей,
Оставленных прямо в родильных домах,
А вспомнила и защемило…
Бренчит авоська в дрожащих руках
Пустых перезвоном бутылок
 
Князь Светлейший Потемкин Таврический
Ты один виновней всех
Для чего сей нарыв генетический
Основал здесь потомкам на грех…
 
ТОСКА
Тоска, все кабаки закрыты,
Мне снятся эротические сны,
Друзья под гопников забриты,
Их девки триппером больны
В бетонном чреве городском
Мне муторно и душно
И небо здесь немытое
В плевках фабричных труб
В навозном кайфе хуторском
Скоромно, сиро, скучно…
Орясиной небритою
В салате полутруп
Под сельский самогон
Уснул со всех сторон
 
Посвящение... уже не помню кому
Что с неба для тебя звезда,
Коль целый Млечный Путь вплету я
В распутный шелк твоих волос,
Что платье для тебя из роз,
Коль я сотку тебе наряд из поцелуев
Лишь на себя его набрось…
 
Реквием ПЕГАСУ
Скакун Пернатый, Сват Таланта,
Кум Светлой Музы, Вдохновитель
Крысиного от капли яда
Обрел посмертную обитель
 
Златые крылья распластамши
Отбросил гордые копыта,
Что ж, почести ему воздамши,
На тризне горем все убиты,
По тусклой траурной заре
Мы предадим его земле
 
Курган насыпем выше крыши
Да что курган, не холм - гора,
Столп Вавилонский, тот не выше
Его могильного бугра
 
И алых астр нарвав охапку,
Их лентою переплетем
И золотом напишем кратко
мол был Пегас и нет Его
И тот венок как астра красный
Возложим на курган Пегаса
 
ЭПИГРАММА КОЛЛЕГЕ
О, гуманист и просветитель,
О, меценат и благодетель,
Сладкоречивый графоман,
Талантов юных покровитель,
Морали яростный радетель -
Провинциальный интриган
С изнанкой, как портянка чистой,
Ханжи, нарцисса, онаниста
 
Морская история
памяти "Адмирала" Вирковского
Мы возвращались, путь домой
Из дальних стран наш китобой
Вез полный трюм пустых бочонков
Сундук с казной совсем устой
 
Зияли дыры в парусах
Тоска по родине в глазах
Борта в заплатах, днище в ранах
И кок на камбузе зачах
 
Пустые щи варить команде
Сидим уж месяц на баланде
Наш хлебный ларь совсем пустой
И отощали даже мачты
 
Нещадно солнце нас палило
И паруса все отбелило
И доски палубы и ванты
И нам виски посеребрило
 
О, чарка рома, славный миг
За чаркой к нам подсел старик
Моряк бывалый и рассказчик
Поведал моря древний стих:
 
на корабле приспущен вымпел
Это значит ушел человек
Здесь плакальщиц нет, а ветер выпил
Скупые слезы с обветренных век
Друзья кусок парусины раскроят
Грубой в мозолях рукой обернут
Бренное тело и в ноги пристроят
Ядро, и суровой нитью зашьют
Опустят на воду белый мешок
Миг и он исчез под волною
Последняя дань - с лентой венок
Прощальный салют даст кормовое
Едва лишь тело коснется воды
Душа его ввысь вознесется
И там, вблизи путеводной звезды
Их путь с альбатросом сольется
 
Белые крылья как паруса:
Дети Бога Морского несутся над штормом
Белые крылья - два белых весла:
Садятся на пену - Нептунову бороду
Белые птицы на крыльях дают
Душам ушедших последний приют…
Сократ
Храм
ОСЕНЬ
КИЕВЛЯНКА
Размышления о мире
ХЕРСОН
ТОСКА
Посвящение...
Реквием ПЕГАСУ
ЭПИГРАММА КОЛЛЕГЕ
Морская история
памяти "Адмирала" Вирковского